Рамсей Кларк: «Уважать законы правосудия»

Бывший министр юстиции США отвергает американскую силовую политику

Получить интервью у Рамсея Кларка не легче, чем у президента: его время расписано по минутам. На день, неделю, месяц, год. Плюс непредвиденные события и обстоятельства.

Он родился в Далласе в 1927 г. Воевал в Корее. Затем — универ­ситет в Техасе, в Чикаго, работа юриста. В 34 года он — помощник министра юстиции в администрации Кеннеди, в 40 — министр юсти­ции в администрации Джонсона. Ушел в отставку в знак протеста против войны во Вьетнаме, куда вылетел для сбора документов об американских бомбардировках и жертвах среди мирного населения. То, что он там увидел, настолько потрясло его, что с тех пор жизнь Кларка — это беспрерывная череда правозащитных процессов, про­тестов и выступлений. Рамсей Кларк побывал в Ираке, Югославии, Палестине, Восточном Тиморе, Никарагуа, Панаме, у повстанцев в Колумбии. В 70-е гг. выступал с обвинением против режима Пиноче­та в Чили. Создал организацию «Медицина для Ирака». В Нью-Йор­ке открывал трибунал «Анти-НАТО», расследующий преступления правительства США и их союзников против иракского народа.

Он был в Югославии в дни бомбардировок — документировал их последствия. Делегация созданного им Международного центра дей­ствия доставляла в Югославию медикаменты, занималась сбором фактов и документов, которые затем вошли в книгу «НАТО на Балка­нах». Позже, в дни выдачи президента Югославии Милошевича Га­агскому трибуналу, Кларк выступал перед народом на площади в Белграде, пытаясь помешать сделке между США и новым правитель­ством Югославии. Ныне Рамсей Кларк является юридическим кон­сультантом Милошевича.

Что происходило в Югославии во время бомбардировок, что вам больше всего запомнилось?

Люди стояли на мостах, вызывая огонь на себя. Люди тысяча­ми собирались в скверах и пели: «Бомбите!.. Если осмелитесь!»

Потом доведенная до предела истощения Югославия капитули­ровала...

Я оптимист. Но, узнав о выдаче президента Милошевича Гаагс­кому трибуналу, я ощутил, что впервые за всю мою жизнь теряю оп­тимизм. Однако, когда я увидел десятки тысяч разгневанных демон­странтов с флагами, мой оптимизм воскрес, и я подумал: «Эти люди преодолеют и это!»

Коштуница сказал мне, что «когда-нибудь обязательно напишет книгу о незаконности Гаагского трибунала». Я его отговаривать не стал. Помолчав, он добавил: «Мы стараемся выжить... как-то». — «Вы­жить? Физиологически это вполне возможно. Но вы же понимаете, что ни Югославии, ни Сербии больше нет?» — сказал я. «Я согласен с вами, — ответил Коштуница. — Для этого нужна... честь».

Сейчас уже редко говорят о Милошевиче, о Гаагском суде. Столько событий: 11 сентября, Афганистан, Пакистан и Индия... Но суд в Гааге все-таки состоится. И он задуман не как разовая акция. Ведь так?

— Этот трибунал был сформирован Вашингтоном в самый разгар войны в Югославии. Это стало реальной угрозой правосудию. Тогда, в 1992 году, я написал протест, который после отклонения его феде­ральным судом был представлен на рассмотрение Верховного суда Соединенных Штатов. Протест был мотивирован нарушением нор­мы Конституции США о разделении властей: закон запрещает рас­смотрение судом дел, касающихся политических разногласий.

Создавая трибунал в Гааге, правительство США игнорировало не только свою собственную Конституцию, но и Устав Организации Объединенных Наций. Нигде в нем вы не найдете ни слова о допус­тимости формирования какого-либо «международного криминального суда» в результате политического конфликта или, что еще хуже, в результате войны. Поэтому трибунал в Гааге незаконен. И попытка соотнести его с Нюрнбергским процессом над нацистской Германи­ей — не более чем пропаганда.

Устав Нюрнбергского трибунала был разработан и утвержден 25 октября 1945 года, за месяц до того, как Устав ООН должен был всту­пить в силу. Страны, объединяющиеся в Организацию Объединен­ных Наций, поставили тогда условие: «Устав будущего Трибунала существует самостоятельно и к Уставу Организации Объединенных Наций никакого отношения иметь не будет». Таким образом, Нюрн­бергский военный трибунал действовал независимо, и давление по­литических сил извне на его решения было исключено. Это первое.

Второе. Нюрнбергский суд был инициативой четырех наций. В формировании же трибунала в Гааге принимала участие одна и толь­ко одна страна — Соединенные Штаты Америки.

Факт функционирования Гаагского трибунала, созданного при участии ООН, открывает еще большие возможности для США в про­ведении в жизнь любого силового закона, невзирая ни на какие меж­дународные нормы правосудия. И Генеральная Ассамблея ООН, и Совет Безопасности это понимали, но у них не было и нет ни мужества, ни достаточной независимости, чтобы выступить против этого.

Для США нет ничего необычного в уничтожении неугодных пре­зидентов. Мир получил Мобуту потому, что мы убили Лумумбу, и мир получил Пиночета после того, как мы убили Альенде. И так далее. С этим сценарием мир знаком давно. А вот продажа президента за деньги, чтобы получить продовольствие, — такого прецедента в исто­рии еще не было.

В течение войны было совершено несколько попыток убить пре­зидента Югославии. Можете не сомневаться в этом: я лично видел его дом, сравненный с землей после прямого попадания в него «ум­ной» бомбы.

Два его офиса были уничтожены таким же способом. Потом по­пытались нанять убийцу, пообещав 5 миллионов долларов за голову Милошевича. Не получилось. Тогда — суд в Гааге.

Долгие годы злоупотребления своей силой привели нас к полно­му разрушению всей судебной системы. И теперь мы снова должны учиться уважать законы. Преступления США в войне с Югославией документированы, так что есть надежда, что появится истинный меж­дународный орган правосудия и правительство США будет призвано к ответу и осуждено в соответствии с международным законом.

Мы уничтожили Югославию только потому, что она являлась пос­ледним островом социализма в Европе. Мы годами снабжали ору­жием и деньгами бен Ладена — до тех пор, пока не пал Советский Союз. Теперь мы знаем, что делать с Дагестаном и шестью бывшими советскими республиками, где живут мусульмане, в случае конфлик­та с Россией.

Если мы добились успеха в Боснии, то почему нам не должно повезти с Чечней? Стратегия та же: мусульмане против славян...

Сегодня нам говорят о двух источниках угроз для безопасности США. Первая — это то, что осталось от двух войн (Второй мировой и холодной): Куба, Северная Корея и — до недавнего времени — Юго­славия. Вторая — «исламские фундаменталисты». Что такое «фунда­менталисты», никто не знает.

Славяне — самая многочисленная этническая группа в Европе: их 300 миллионов. Мусульман же на всем земном шаре не более полутора миллиардов. Часть нашей стратегии — это сделать так, что­бы эти «угрозы нашей безопасности» воевали между собой до той поры, пока не уничтожат друг друга. Так, в Косово сейчас происходят ежедневные нападения мусульман на сербов. Еще один, новый очаг войны — Македония.

Выход из этого безумия я вижу только в народном единении. В противном случае мы все обречены на «выживание».

Я верю в народ. В своем единении это неодолимая сила.

Сейчас идет консолидация и вооружение Европейского союза. (Сказать откровенно, хуже НАТО быть не может ничего!) Создание европейской армии может по крайней мере способствовать установ­лению какого-то баланса. НАТО — это кулак американской экономики. Европейские банки и корпорации с этим мириться больше не хотят. Теперь и у них будет свой кулак — независимая европейская армия. Тут уже начинается «соревнование». Возможно, это начало безумия, но я надеюсь на их умение искать компромиссы.

Кстати, о безумии. Как вы полагаете, угроза, которая навис­ла над Ираком, реальна?

— Риск удара по Ираку велик. Конгресс Соединенных Штатов уже
проголосовал по просьбе президента, предоставив ему полномочия в развертывании военных действий против Ирака: 392 — «за» и 12 - «против». Так что война с Ираком становится вполне реальной.

11 декабря 2001 года вы направили письмо послам и мини­страм иностранных дел стран, входящих в состав Совета Безо­пасности ООН, по поводу Ирака. Не могли бы вы изложить на­шим читателям основное его содержание?

Спасибо вам за этот вопрос. Люди мира должны знать, что происходит, и не молчать.

По признанию Пентагона, с 17 января по 28 февраля 1991 года на Ирак было сброшено 88500 тонн бомб. Бомбардировке подверг­лись жизненно важные объекты: водоемы, склады продовольствия, промышленные комплексы, религиозные центры и просветительные учреждения.

Из-за экономических санкций Ирак потерял более чем 1,5 мил­лиона своих граждан. Более половины из них — дети, не дожившие до 5 лет. Эти санкции, утвердить которые правительство США вынуди­ло Совет Безопасности ООН, — прямое нарушение конвенции «О ге­ноциде», ибо они рассчитаны на сознательное уничтожение граж­данского населения Ирака.

Все комиссии, посещавшие Ирак по мандату ООН за последние десять лет, свидетельствовали о нечеловеческих страданиях наро­да. Наиболее бесстрашные эксперты этих комиссий высказали от­крытый протест против политики санкций и инспекций, навязанных Ираку Соединенными Штатами. Даже программу «Нефть за продо­вольствие», принятую ООН только в конце 1996 года, после между­народного протеста против уничтожения народа путем экономичес­кого удушения, правительство США использует в целях своих поли­тических манипуляций.

Позиция Соединенных Штатов серьезно скомпрометировала такую организацию, как ООН. Совет Безопасности ООН хотя и вы­нужденно, но принял участие в преступлениях США против мира и человечества. Хотя и вынужденно, но он повинен в геноциде.

Сегодня США бомбят Ирак, когда им только заблагорассудится. При этом они вынуждены путем непрерывной пропаганды демонизировать как Саддама Хусейна, так и весь иракский народ, исполь­зуя для этого полностью зависящие от правительства США средства массовой информации.

Американская пропаганда — это пропаганда расизма, пропаган­да ненависти и лжи. Вчера это была антисербская пропаганда, се­годня она антимусульманская и так далее.

Я перечислю страны, в которых политика США после Второй мировой войны привела к дестабилизации: Корея, Вьетнам, Камбод­жа, Никарагуа, Доминиканская Республика, Филиппины, Либерия, Куба, Гватемала, Гренада, Палестина, Ливан, Иран, Сомали, Судан, Гаити, Сальвадор, Гондурас, Ангола, Хорватия, Югославия, Сьерра-Леоне, Ирак, Индонезия, Афганистан. Кто следующий? Средства массовой информации обсуждают возможные кандидатуры. Но есть ли у нас хоть один факт, уличающий Ирак в каком-либо преступле­нии против человечества на протяжении всех последних десяти лет? Можем ли мы предъявить что-либо, хотя бы отдаленно напоминаю­щее преступления Соединенных Штатов против этой страны?

Цель американской политики — установление контроля и господ­ства на Ближнем Востоке, в Персидском заливе и в Центральной Азии.

Я думаю, было бы очень важно, если бы Россия заявила про­тест. И не просто на дипломатическом уровне или в печати, но через Совет Безопасности и Генеральную Ассамблею ООН. Россия — это единственная страна, которая может стать на пути опьяненного сво­ими «успехами» наркомана, в роли которого выступают сегодня США.

Что вы думаете о президенте России Владимире Путине?

— Невероятно сложно нам здесь, в Америке, анализировать дей­ствия российского президента и тем более делать какие-либо выво­ды: у нас нет и не может быть правдивой информации.

Почему? Чем вы это объясните?

— Я думаю, дело в том, что Соединенные Штаты не желают слы­шать о вашей стране ничего положительного. У нас прислушиваются только к тем в России, кто продолжает настаивать на так называе­мых «реформах», направленных, как известно, на наше собствен­ное процветание и на геноцид русского народа. Вся остальная ин­формация блокируется, хотя и сохраняется в сейфах для активно думающей агентуры с высшим экономическим образованием.

Однако то, что я в состоянии проанализировать, свидетельству­ет, что в наиболее важных вопросах президент Путин действует так, как должен действовать сильный лидер, защищающий интересы сво­ей страны и своего народа. Во внешней политике, в краеугольном для США вопросе о новой американской системе ПРО, он утвержда­ет независимость России. Это говорит о том, что Россия продолжает стоять на позиции защиты мира на Земле.

На мой взгляд, действия президента Путина в международной политике — наилучший, единственно возможный выбор в обстоятель­ствах, в которые была поставлена его страна. Мне кажется, что и в своей внутренней политике ему с большим трудом, но удается посте­пенно блокировать ничем, казалось бы, уже не контролируемое рас­хищение страны и приостановить обнищание русского народа. Об­стоятельства, в которых ему надо принимать решения и действовать, — наитяжелейшие. И в этих обстоятельствах он определенно ведет себя как сильный и надежный лидер.

В вопросе о НАТО он занимает очень умную позицию, объявляя эту гангстерскую машину «соратником и другом» России и тем са­мым нейтрализуя НАТО хотя бы на какое-то время. России нужно время, чтобы встать на ноги и сориентироваться в происходящем.

А союз с Соединенными Штатами в «новой войне с терро­ризмом»? Вы думаете, что это тоже умная игра, выигрыш для России?

— Нет, я так не думаю. Позиция президента Российской Федера­ции в этом вопросе меня тревожит, ибо я вижу, что здесь он попал в расставленную для него ловушку: понимание и устранение истин­ных причин катастрофы, которую переживает Россия, откладывает­ся в связи с межнациональными войнами внутри страны, а теперь и за ее пределами. Это — изобретение такой расистской страны, как США, для стран с многонациональным населением, например, Юго­славии и России. Ведь это официальная позиция Вашингтона: «Пусть они сами себя перебьют». «Этнические чистки» — трагедия Югосла­вии — обернулись теперь против ее славянского населения. Соеди­ненным Штатам удалось оторвать от России шесть бывших респуб­лик Советского Союза, со всеми их природными богатствами. В ре­зультате этой политики национальной ненависти под удар было по­ставлено огромное число русских, проживающих на территории этих бывших республик.

Российская Федерация теперь союзник США и будет вместе с ними воевать «против ислама». Однако союзничество с США — это очень большая опасность для Российской Федерации. Оно может привести к конфронтации россиян с сопредельными мусульманскими странами и с мусульманами, которые живут в самой России. Что подтвердит «правильность» политики Вашингтона («пусть они сами себя перебьют») и окажет неоценимую помощь США в их геополити­ческой агрессии.

Поэтому сегодня России, как мне представляется, надо предпри­нять невероятные усилия для того, чтобы вернуть дружбу и доверие мусульман.

Как вы считаете, сохранит ли Россия суверенность и неза­висимость?

— Я верю, что да. Может быть, правильнее было бы сказать: я надеюсь... Я бывал в России много раз. Русский народ обладает ве­ликой силой. И его воля к независимости в истории человечества
аналогов не знает.

...На днях я был на репетиции Кировского балета в Карнеги-холле. Русская музыка! Русские музыканты!.. Какой силы эти люди! Надо слушать русскую музыку для того, чтобы понять, как велик этот на­род. Я очень люблю русскую музыку. Потому я и говорю о силе этого народа...

Я думаю, что вряд ли люди на Западе понимают, до какой степе­ни нищеты и унижения доведен этот народ. Это должно было бы вызвать ужас у нас, а не ликование по поводу «успеха» той травли, которую мы ведем против России с начала прошлого столетия!

Но народ поднимается. Это я наблюдаю с большой радостью. Я вижу прозрение, я наблюдаю растущее движение в сторону созда­ния более крупной федерации — то есть воссоздания того, что было так безответственно порушено. Страна постепенно преодолевает пораженческое состояние, в котором она так уязвима.

Иностранный капитал, экономическая агрессия не принесли ни одной стране ничего, кроме постепенного и полного обнищания, пол­ной зависимости от этого капитала.

Полагаю, что период экономической рецессии, прогрессирующей теперь в международном масштабе, несомненно, поможет Российс­кой Федерации вновь обрести себя. Почему? Да потому что эконо­мика России не зависит от тех искусственных факторов, на которых зиждется экономика США или Японии, к примеру. А восстановление разрушенной экономики России — это залог ее возрождения, в кото­рое, как я сказал, я верю. Или — хочу надеяться...

Когда США бомбили Сербию, часто можно было услышать: «Россия — следующая!» Возможна ли война между США и Росси­ ей?

— Не думаю. Но возможны сотни так называемых «малых войн»,
которые будут держать нас под постоянной угрозой той самой, атом ной. С приходом авиационной суперсилы характер войны меняется. Убийство с воздуха беззащитного населения или вооруженного про­тивника (который в данном случае оказывается таким же беззащит­ным) — это то «новое лицо» войны, которым США сегодня так гордят­ся. Никто в Соединенных Штатах не утруждает себя подсчетом мир­ных жителей, убитых в результате подобных бомбардировок. И ар­мия США воюет «без потерь»... Стыдно, но зато «выгодно»!

Я думаю, что мир сегодня очень нуждается в сильной и незави­симой России, ибо русский народ — единственный, который в состоя­нии сдержать это упоение убийством, длящееся в США с момента окончания холодной войны. Холодная война не мешала Вашингтону совершать чудовищные преступления против человечества, но силь­ный Советский Союз удерживал США от крупномасштабных актов агрессии.

Теперь же все стало «можно»: менять неугодные правительства, устраивать покушения на президентов, можно бомбить все, что дви­жется, можно вооружать Израиль для уничтожения палестинцев и обвинять Арафата в «терроризме»...

Россия — единственная нация, способная на предотвращение раскручивающегося сюжета геноцида.

Народ Китая не в состоянии сыграть эту роль. Китайский народ попал в другую ловушку — соревнования за экономическую мощь. Что — если повезет — ведет к мечте о супердержавности. Что, в свою оче­редь, должно будет продолжить политику Соединенных Штатов по уничтожению малых и беззащитных наций с целью их эксплуатации.

Поэтому я лично верю (или хочу надеяться), что народ России — в силу его интернационального мышления и исторического прошло­го, — обретя себя, сможет стать для США сдерживающим центром, и это благотворно отразится на состоянии всего мира.

Хотелось бы коснуться такой темы, как глобализм и анти­глобалисты.

— Это определенно, что идет атака на глобализацию. Люди нача­ли понимать, что глобализация смертельна для их культур. И им не хочется менять то, что создавалось человечеством тысячелетиями,
на уличные тележки с гамбургерами.

Недавно я слышал от одного комментатора, защищавшего идею разработки нефти на Аляске: «Называя этот процесс «исследовани­ем», вы даете мне понять, что вы — его сторонник, а если вы говорите о «бурении нефтяных скважин» — ясно, что вы против». Как Соеди­ненным Штатам, которым принадлежат 75% средств в МВФ и ВТ, еще назвать экономическую атаку на чужие земли и на народы, которые еще не успели перекопать и искорежить эти свои земли, богатые природными ресурсами? Старый термин «колонизация» может не по­нравиться, особенно тем народам, которые уже неоднократно «глобализировались» в целях совершенствования цивилизации. Глоба­лизация — это эвфемизм, и не более того. Против лжи, которая за ним стоит, должен был возникнуть протест. И — к изумлению уставшего мира — тысячные демонстрации против глобализации вывели на ули­цы в основном молодых людей нового поколения. Я рад их массово­му появлению: это говорит о здоровой природе человека.

Глобализация не имеет никакой другой мотивировки, кроме при­были. Сегодня, в условиях падения экономических показателей в США, война, по возможности крупномасштабная, становится все бо­лее необходимой для пошатнувшейся американской экономики. И для этого лучше, чем «борьба с терроризмом», ничего придумать нельзя. Это одна сторона медали.

С другой стороны, пока эта война не окончена, рецессия тормо­зит глобализацию. Не говоря уже о том, что Соединенным Штатам придется терроризировать не только внешнего врага, но и собствен­ное население, граждан Америки. Недавно «Нью-Йорк тайме» опуб­ликовала статью под заголовком «Стране нужны тюрьмы». Оказыва­ется, нам не нужны ни школы, ни больницы. Зато заключенных будет уже не два миллиона, которые мы имеем сегодня, а больше... Это при том, что у нас до рецессии 48% граждан не имели доступа к ме­дицинскому обслуживанию, а из выпускников наших школ какой-то процент не может, как оказалось, ни читать, ни писать.

Наша задача — объяснять людям, что такое на самом деле гло­бализация. Это отказ от национальной независимости. Это отказ народов от их культур, которые формировались в течение многих тысячелетий. Это отказ нашим детям в возможности построить свою жизнь на уровне экономической достаточности.

И если мир еще не усвоил это на примере всех стран Латинской Америки, Африки, малых и больших островов Западного и Восточ­ного полушарий, народы которых гибнут в борьбе против столетней глобализации их земель и культур; если атака на славянское населе­ние Балкан и на мусульманский народ Ирака, бомбардировки иракс­ких детей и голод детей Афганистана еще не вызывают в нас здоро­вого гнева, тогда и в самом деле мы должны быть раздавлены за нашу полную безответственность.

Но я оптимист. И я вижу, что все больше протестуют против гло­бализации защитники окружающей среды, фермеры, религиозные лидеры, студенты, школьники, рабочие комитеты, общественные организации... Это — восстание.

Вы верите, что это восстание не будет подавляться самым жесточайшим образом? «Стране нужны тюрьмы»...

— Я пока не могу сказать, что движение против глобализации об­рело силу, способную противостоять жестокости апологетов глоба­лизма. Но я уверен, что оно уже вышло из-под контроля и при таком благоприятном стечении обстоятельств, как кризис на рынках, суме­ет консолидироваться.

Этот материал распространялся среди членов РИК в период подготовки заседания 7.
Критская Лариса, Черняк Светлана


 
Новости
25.10.2017
24 октября 2017 г. в актовом зале Московского гуманитарного университета состоялась торжественная церемония награждения лауреатов Международной Бунинской премии, которая в этом году проводилась в номинации «Поэзия». Приветствие участникам и лауреатам Бунинской премии 2017 года направил министр культуры РФ В. Р. Мединский, в котором он, в частности, отметил, что «за годы своего существования Бунинская премия по праву заслужила авторитет одной из наиболее престижных наград в области русской литературы. Среди её лауреатов значатся имена по-настоящему видных поэтов и прозаиков, наших с вами современников. Отрадно, что в России получают развитие столь важные общественные инициативы, нацеленные на популяризацию чтения, на усиление позиций русского языка».
20.10.2017
17 октября 2017 г. состоялось заседание Жюри Бунинской премии под председательством члена Президиума Союза писателей России, лауреата литературных премий Бориса Николаевича Тарасова. Подведены итоги конкурса, который в 2017 г. проводился в номинации «поэзия». 24 октября в конференц-зале Московского гуманитарного университета состоится торжественная церемония, на которой Председатель Попечительского совета Бунинской премии, член Союза писателей России, ректор университета профессор Игорь Михайлович Ильинский вместе с членами Жюри вручит заслуженные премии новым лауреатам.
30.09.2017
Попечительский совет Бунинской премии, возглавляемый известным ученым и общественным деятелем, ректором Московского гуманитарного университета, профессором, членом Союза писателей России, членом бюро Академии российской словесности Игорем Михайловичем Ильинским, рассмотрел результаты экспертизы произведений, поступивших на конкурс 2017 года. На основе экспертных заключений, выполненных видными специалистами в области литературоведения из ведущих академических институтов и вузов страны (Литературный институт им. А. М. Горького, Институт мировой литературы им. А. М. Горького, Государственный институт русского языка им. А. С. Пушкина, Московский педагогический государственный университет, Петрозаводский государственный университет, Государственный социально-гуманитарный университет и др.), определен «короткий список».
04.08.2017
27 июля 2017 г. состоялось заседание Попечительского совета Бунинской премии, на котором был утвержден «длинный список» литературных произведений, поступивших на конкурс. В этом году Бунинская премия будет вручена за лучшие произведения в области поэзии и поэтического перевода. Попечительский совет поручил Оргкомитету конкурса обеспечить проведение первичной и вторичной экспертизы присланных работ.