Свобода слова по-американски

Меня зовут Кристофер Боллин, и я хочу уведомить Вас о нападках полиции, которым я, работающий в Соединенных Штатах журналист, подвергся.

Я пишу на разные темы, но существенная часть моих материалов поднимает не решенные до сих пор вопросы, связанные с событиями 11 сентября, угрозой расщепления урана, проблемами с электронными системами подсчета голосов на выборах и продолжающейся американо-израильской агрессией на Ближнем Востоке.

15 августа неподалеку от своего дома в пригороде Чикаго я подвергся жестокому нападению со стороны неизвестных лиц, ассоциируемых с местной полицией, которые повалили меня на землю, поразили электрошокером TASER и надели на меня наручники.

Против меня выдвинуто два надуманных обвинения: сопротивление задержанию и нападение на представителей власти при отягчающих обстоятельствах, по которым я должен предстать перед судом в Роллинг Медоуз (штат Иллинойс) в 1.30 дня 13 сентября.

Я был бы признателен, если бы Вы, будучи проинформированы о моем деле, связались бы с физическими лицами и организациями, занимающимися подобными делами о жестокостях полиции по отношению к журналистам.

С уважением, Кристофер Боллин
***

Письменные показания Кристофера Боллина, журналиста Американской ассоциации свободной прессы (American Free Press), находящейся по адресу:
20003 Вашингтон (округ Колумбия), Пенсильвания-авеню, 645

ТЕМА: Акция полиции, проведенная 15 августа 2006 г. возле резиденции Боллинов по адресу: 60194 Хоффман-Эстейтс (штат Иллинойс) Кингман-лейн, 220.


Этим летом мы с моей женой Хелье обнаружили, что двое подружившихся с нами людей на самом деле работают информаторами ФБР, докладывающими обо всех перемещениях и занятиях членов моей семьи. Эти информаторы пытались вторгнуться в нашу жизнь и часто без предварительной договоренности и без всякого повода появлялись около нашего дома.

Узнав, что они являются информаторами ФБР, моя жена поговорила с ними в резких выражениях, что должно было бы положить конец их визитам, но один из них упорно пытался войти с нами в контакт по электронной почте и даже появился возле нашего дома после инцидента с полицией 15 августа 2006 г.

Несанкционированная слежка за моим домом и семьей лишила нас чувства безопасности и защищенности в собственном доме. Разоблачив информаторов, мы съехали из дому и до недавнего времени жили в другом месте.

По возвращении домой в июле 2006 года я обнаружил необычно высокий уровень активности полиции вблизи моего дома. Я езжу на велосипеде и обращаю внимание на то, что происходит вокруг.

Мы живем в тихом переулке, где полицейская патрульная машина появляется, как правило, лишь несколько раз в неделю. Однако, вернувшись домой, я заметил, что самые различные патрульные машины со специальным оборудованием постоянно находятся в непосредственной близости от моего дома.

В понедельник, 14 августа, я обнаружил, что вокруг дома медленно кружит весьма необычный автомобиль. Я ехал на велосипеде, когда меня обогнала автомашина без опознавательных знаков и с опущенными стеклами, в которой сидели трое до зубов вооруженных людей в бронежилетах. Я хорошо их рассмотрел: они были вооружены и одеты в гражданскую одежду. Я был сильно встревожен и озабочен тем, что эти люди ездят в непосредственной близости от моего дома.

- Кто они? - подумал я. - Похоже, они направляются к нам.

На следующий день, примерно в это же время - около 6 часов вечера - я открыл входную дверь и очень удивился, что тот же или похожий автомобиль с тремя вооруженными людьми медленно проезжает мимо нашей лужайки, где мои дети играют с соседскими детьми.

- Привет, ФБР! - прокричал я со своего крыльца и помахал им рукой.

Мужчина, сидевший рядом с водителем, помахал мне рукой в ответ. Я немедленно сообщил об этом жене и детям. Хелье сказала, чтобы я остановил автомобиль и спросил у этих людей, что им нужно в нашей округе.

Я уже посмотрел первую часть программы новостей с Лу Доббс по Си-Эн-Эн (с 5 до 6 часов) и собирался в магазин, когда, выйдя на веранду, я увидел этот грозный темный автомобиль с вооруженными людьми. Я предупредил жену и детей об опасности, сел на велосипед и поехал в магазин.

- Происходит что-то очень неладное, - подумал я, остановился у ближайшего магазина и попросил разрешения позвонить. В присутствии трех продавцов я набрал номер 911 - службу спасения Хоффман-Эстейтс - и сообщил, что видел странный автомобиль с вооруженными людьми, который без видимых причин кружит по нашим окрестностям. Поскольку я говорил явно озабоченным и встревоженным голосом, мне сказали, что примерно через 20 минут к моему дому будет прислан офицер полиции.

Я вернулся домой и стал набирать номер полицейского управления, когда тот же самый подозрительный автомобиль остановился у моего дома, и три человека в бронежилетах направились по дорожке к нашему крыльцу. Я положил трубку, пошел к входной двери и с ужасом увидел троих тяжело вооруженных мужчин в бронежилетах рядом с моей женой и 8-летней дочерью Кэтрин.

Стоя лицом к лицу с этими вооруженными людьми, моя жена спросила, кто они. Я немедленно присоединился к жене и потребовал у этих людей объяснить, кто они и почему пугают округу своим автомобилем без опознавательных знаков и оружием.

- Почему вы разъезжаете тут со всем этим оружием и без опознавательных знаков? - спросил я. - Кто вы и почему вы держите в страхе всю округу?

Визитеры категорически отказались представиться и с самого начала встали в конфронтационную стойку, как это обычно делают военные. Никак не представившись (бросив лишь слово "полиция"), они отказались объяснить нам, почему кружат вблизи нашего дома второй вечер подряд.

Я сказал, что позову своего брата, который находится в доме.

Я подошел к входной двери и позвал брата, но, не успев повернуть дверную ручку, был внезапно атакован сзади и в мгновенье ока оказался на земле.

На моей левой руке, завернутой за спину, защелкнулся браслет наручников; правая рука была прижата к земле под животом двумя навалившимися на меня верзилами. Я не оказывал сопротивления и даже не имел ни малейшего шанса сопротивляться или защищаться.

Затем я почувствовал, что слева под лопаткой к моей спине прикасается какой-то прямоугольный предмет. Не в силах даже пошевелиться (один из мужчин прижал мою голову к земле коленом), я ощутил удар электрошокером системы TASER. Сколько длился шок, я не знаю.

Я помню только, что, очнувшись, я пришел в ярость от того, что трое людей с электрошокером без всякой причины атакуют меня на глазах у жены и насмерть перепуганной дочери. Вышедший на крыльцо брат видел, как нападавшие прижимают меня к земле.

Моя жена, наблюдавшая эту акцию насилия с применением электрошокера, молилась за меня, а дочь плакала. Я хотел, чтобы мой брат, соседи и сын помогли мне, засвидетельствовав все происходящее. Через несколько секунд возле парадного крыльца собралась целая толпа полицейских и пожарных. "Как это они сумели так быстро сюда добраться?" - с удивлением подумал я.

Один из офицеров по фамилии Фицджералд подвел меня к полицейской машине, стоявшей перед моим домом сразу за автомобилем без опознавательных знаков.
Внутри машины он стал оскорблять меня и мою покойную мать - одного из основателей нашей деревни - самыми нецензурными словами, которые я когда-либо слышал. Каждый раз, когда я переспрашивал его, что он сказал, он невозмутимо заявлял: "А я ничего не говорил!"

Он также несколько раз пригрозил мне, что по приезде в полицейский участок я буду избит. Когда к машине подошел старший по званию офицер, Фицджералд сказал мне: "Этот парень выбьет из тебя всё …!"

Я попросил его повторить угрозу, но он снова произнес: "А я ничего не говорил!"

Пока мы ехали в участок и я наклонялся вперед, Фицджералд резко ударял по тормозам, и я бился головой о плексигласовое стекло. Это повторялось не менее двух-трех раз. Тогда я откинулся на сиденье и больше не произнес ни слова.

Когда мы приехали в участок, я увидел, что меня в полицейском гараже поджидает группа офицеров в белых перчатках. Затормозив возле гаража, Фицджералд сказал, обращаясь к 10-12 стоявшим там офицерам: "Вот этот говорит, что полицейские - это куча … . Займитесь-ка им!"

Когда меня вывели из машины, я немедленно сообщил полицейским, что я журналист и напишу о том, как со мной обращаются. На меня обрушился целый поток брани со всех сторон. Мне сказали, чтобы я убирался из города и т.п. На мое замечание о том, что мои родители были основателями Хоффман-Эстейтс, они не обратили никакого внимания.

В участке полицейские насильно отобрали мой брючный ремень и сорвали с меня рубашку с цветочным венесуэльским орнаментом, вырвав при этом все пуговицы и оставив меня в трусах и майке. Я спросил, за что меня задержали. Мне ответили, что я сопротивлялся аресту и угрожал полиции кулаками; оба эти обвинения были абсолютно ложными. Я ни разу не сжимал кулаки и никому не угрожал. Мне не объяснили причин задержания и не зачитали мне моих прав.

Меня вообще не за что было арестовывать. Я всего лишь позвонил в полицию, чтобы сообщить о подозрительном автомобиле, разъезжающем вокруг моего дома. Учитывая мою обеспокоенность, я считаю, что поступил правильно.

Меня посадили в камеру без воды. Из водопроводного крана на стене я не смог добыть ни капли. Когда я попросил пить, Фицджералд в присутствии двух других офицеров сказал мне: "Пей из унитаза!"

- Почему со мной так обращаются? - поинтересовался я. - Здесь принято так обращаться со всеми?

Я спросил Фицджералда, почему его военизированный отряд рыскает вокруг моего дома.

- Мы за тобой следим, - ухмыльнулся тот, стоя рядом с двумя другими офицерами.

Мои повторные просьбы принести воды были оставлены без внимания, хотя я слышал голоса полицейских в соседнем помещении. Меня игнорировали в течение нескольких часов; за это время в камеры напротив моей посадили несколько человек. Один вел себя тихо, другой же ни на секунду не переставал кричать и визжать.

Я попытался успокоить кричащего, но скоро понял, что ему, видимо, требуется помощь медиков. Утихомирить его было совершенно невозможно.

Через несколько часов офицер по фамилии Шульц подошел к моей камере и сообщил, что, поскольку ко мне был применен электрошокер TASER, я перед освобождением буду осмотрен парамедиками. Я сказал, что это будет весьма кстати, поскольку у меня рана на правом локте.

Медики так и не появились, и никто не осмотрел ни мой локоть, ни рану от электрошокера.

Около полуночи в камеру вошел полицейский и спросил, могу ли я заплатить 100 долларов за свое освобождение.

- Какие против меня выдвинуты обвинения? - спросил я. - Ведь именно я вызвал полицию, а эти громилы избили меня возле моего собственного дома! Чем я заслужил подобное обращение?

Мой брат внес за меня залог; вскоре после полуночи меня выкинули на улицу, и мне добрые две мили пришлось идти до дому пешком.

Добравшись, наконец, домой и утолив жажду, я сел к столу, чтобы описать все, что со мной произошло.

26 августа 2006 года.»

 

http://polithexogen.ru

Боллин Кристофер


 
Новости
25.10.2017
24 октября 2017 г. в актовом зале Московского гуманитарного университета состоялась торжественная церемония награждения лауреатов Международной Бунинской премии, которая в этом году проводилась в номинации «Поэзия». Приветствие участникам и лауреатам Бунинской премии 2017 года направил министр культуры РФ В. Р. Мединский, в котором он, в частности, отметил, что «за годы своего существования Бунинская премия по праву заслужила авторитет одной из наиболее престижных наград в области русской литературы. Среди её лауреатов значатся имена по-настоящему видных поэтов и прозаиков, наших с вами современников. Отрадно, что в России получают развитие столь важные общественные инициативы, нацеленные на популяризацию чтения, на усиление позиций русского языка».
20.10.2017
17 октября 2017 г. состоялось заседание Жюри Бунинской премии под председательством члена Президиума Союза писателей России, лауреата литературных премий Бориса Николаевича Тарасова. Подведены итоги конкурса, который в 2017 г. проводился в номинации «поэзия». 24 октября в конференц-зале Московского гуманитарного университета состоится торжественная церемония, на которой Председатель Попечительского совета Бунинской премии, член Союза писателей России, ректор университета профессор Игорь Михайлович Ильинский вместе с членами Жюри вручит заслуженные премии новым лауреатам.
30.09.2017
Попечительский совет Бунинской премии, возглавляемый известным ученым и общественным деятелем, ректором Московского гуманитарного университета, профессором, членом Союза писателей России, членом бюро Академии российской словесности Игорем Михайловичем Ильинским, рассмотрел результаты экспертизы произведений, поступивших на конкурс 2017 года. На основе экспертных заключений, выполненных видными специалистами в области литературоведения из ведущих академических институтов и вузов страны (Литературный институт им. А. М. Горького, Институт мировой литературы им. А. М. Горького, Государственный институт русского языка им. А. С. Пушкина, Московский педагогический государственный университет, Петрозаводский государственный университет, Государственный социально-гуманитарный университет и др.), определен «короткий список».
04.08.2017
27 июля 2017 г. состоялось заседание Попечительского совета Бунинской премии, на котором был утвержден «длинный список» литературных произведений, поступивших на конкурс. В этом году Бунинская премия будет вручена за лучшие произведения в области поэзии и поэтического перевода. Попечительский совет поручил Оргкомитету конкурса обеспечить проведение первичной и вторичной экспертизы присланных работ.